Блог

Моральная шизофрения

24-го апреля «ряд немецких политиков, интеллектуалов и лидеров мнений» написал открытое письмо к канцлеру Шольцу с требованием прекратить поставки оружия Германией в Украину.

Для лидеров мнений, по моему нескромному мнению, им не хватает охвата, но интеллектуалами их, к сожалению, признать придется — на 18 подписантов 11 носят звание доктора наук и пять из них являются профессорами, пусть и на пенсии.

Не успела публика отшуметь по этому поводу, как появилось уже не просто письмо, а целая петиция к канцлеру. На момент написания этого блога ее уже подписали 89.895 тысяч человек и пока я пишу этот текст, я вижу, как примерно каждые 40 секунд появляется новая подпись и цифры меняются.

Что мне думать обо всем этом?

Когда-то давно, на философском семинаре по аристотелевской этике меня очень заинтересовал текст американского современного философа Майкла Стокера о шизофрении морально-этических теорий нашего времени. Стокер пишет о том, что мы не можем действовать согласно нашим теориям о морали, потому что сами не верим в те ценности, которые они пропагируют. В результате получается конфликт между мотивами и причинами, который Стокер называет моральной шизофренией.

Я думаю, этот подход лучше всего описывает факт написания этих писем и объясняет мотивы, которыми руководствуются люди, эти письма подписавшие.

Согласно Стокеру, мотивы не важны, нужно действовать согласно предписаниям. От себя добавлю, что частое повторение слов делает их бессмысленными и бесконечно отдаляет от изначального значения и смысла.

Люди, подписавшие эти письма, утверждают, что они осуждают агрессию России в Украине и хотят сохранить человеческие жизни. Что поставки оружия только увеличат количество смертей.

Последующая петиция идёт ещё дальше — подписанты не отказывают Украине в праве защищаться. Но только делать это она должна без оружия.

Защищаться без оружия — эффект противоречия, неизменный спутник такого философского феномена как bullshit. Защищать убивая. Освобождать насилуя. И вот теперь — защищать не вооружая.

Можно много говорить о российской государственной пропаганде и способах ее проникновения в мозг. Но действовать она будет всегда одинаково — лучше всего на тех, кто не привык думать и не умеет управлять эмоциями. И в конце концов утрачивает способность замечать логические противоречия.

Мне очень сложно вынести цинизм и намеренное невежество, манифестировавшееся в этих письмах с высокомерием, доступным одним лишь интеллектуалам.

Невозможно повторять произвольные слова — свобода, права, справедливость, пацифизм — не вникая, не желая вникать в суть этих понятий и искренне полагая, что они работают автоматически, как заклинания в Гарри Потере.

Я могу поверить, что западные люди, никогда не видевшие войну и проведшие всю свою жизнь в достатке, какого ещё никогда не было за всю историю человечества, могли искренне верить в идеи пацифизма … до 24-го февраля 2022-го года.

После Бучи …

Какой пацифизм может быть после Бучи? Буча разве сопротивлялась? Разве там было оружие? Или там где-то прятался зловредный вездесущий батальон Азов, который прячется везде, сам же себя бомбит и сам же прикрывается мирными жителями? Ничего такого не было в Буче.

Фотографии из Бучи облетели весь мир. Весь мир ужаснулся. И после этого в Германии нашлось почти 100.000 человек, которые прикрываясь лозунгами пацифизма, хотят превратить в Бучу всю Украину. Это ли не моральная шизофрения?

И нельзя даже никак крепко выразиться по поводу действий этих людей. Потому что это будет оскорбительно для них и будет нести юридические последствия для меня. То есть поступать так — для них не оскорбительно. Оскорбительно станет, когда кто-то назовет это так, как это называется. Делать можно — говорить нельзя. И в этом тоже моральная шизофрения.

Украинская авториня Евгения Белорусец ответила в газете Шпигель на первое письмо интеллектуалов. На ее книжной полке в Киеве стоит книга одного из них — Александра Клуге — с автографом. Тем больнее было найти его имя среди подписантов.

В Венеции, на презентации своей книги, Евгения Белорусец не могла отделаться от мысли, что станет с этим прекрасным городом, когда в него войдёт русский мир. Хотелось бы никогда этого не узнать.

Я не знаю, как можно искренне требовать переговоров и не понимать, что переговоры вести не с кем? Как можно искренне бояться третьей мировой и не видеть, что она уже идёт полным ходом и в любой момент может расширить географию?

Моральная шизофрения прогрессирует, где найти на всех психиатров?

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Культура отрицательного по-русски

Что-то меня в последние дни все меньше тянет открывать новости, а ещё меньше читать Фейсбук. А что там нового можно узнать? Лучше потратить душевный ресурс на помощь какому-то конкретному человеку, раз я все равно не могу самостоятельно прекратить войну.

Давно я никого не осуждала, пора исправляться. Шутка, если что. До сих пор некоторые люди в Фейсбуке плачут, как им тяжело и как они лезут на стену. Хотя не понятно — чего теперь уж лезть, когда во всех странах — и приличных, и не приличных — есть свои волонтёрские движения помощи людям из Украины, в которых каждый посильно может поучаствовать, было бы желание.

Моим знакомым и друзьям, имеющим хоть какое-то отношение в России, устраивать эти интернетные плачи Ярославны совершенно некогда. А потому что они все после работы и в свободное время бегут кто куда. Куда? Кто в лагерь волонтеров на смену, кто на вокзал встречать украинцев с поезда, кто на горячую линию, кто в волонтёрские группы помогать словом и делом. Кто-то оттащил в склады для беженцев уже все, что можно было оттащить, а кто-то помогает нуждающимся из своих личных средств и покупает … да хоть бы вот чемодан! Вы, вот к примеру, знаете, топ-5 вещей, которые сейчас необходимы людям?

1. Детское питание.

2. Сухие растворимые супы и вторые блюда (потому что часто в лагерях для беженцев одна сухомятка).

3. Чайник, чтобы можно было развести эти продукты горячей водой в любое время, а не только во время завтрака, когда можно притащить из столовой кружку кипятка.

4. Велосипеды, самокаты и книжки для детей.

5. Чемодан (потому что в эвакуационных поездах люди ехали по пятеро на полке и лежа прямо на полу, не до чемоданов было).

Ну это же надо что-то делать. А можно писать в Фейсбуке об отмене русской культуры. Или вот обо всех коллективных винах (не тех, которые пьют). Ну или на худой конец о том, как всех русских не любят во всем мире, а теперь вообще не полюбят никогда.

Симоньян орет дурниной в гостях у соловьева, как нас вынуждают там что-то и что-то. Да и пусть бы симоньян, тоже мне фигура. Но ведь и оппозиционная либеральная Россия все твердит о каких-то нас, которых теперь не любят. Да кто это мы-то? Ну что они, все поголовно обчитались Макинтайра и уверовали, что вне коллектива индивид не обладает способностью к разуму? Очень сомневаюсь. Да и вряд ли они знают, что это вообще за Макинтайр, будь он неладен.

Встречая украинцев — на вокзале ли, в интернете ли — становится понятно, что Революция достоинства была названа таковой не просто так. Достоинство — не просто пафосное слово. Люди действительно ощутили за эти чертовы где-вы-были-8-лет свое человеческое достоинство. Почувствовали, что они не просто какие-то бесправные животные или предметы в большом механизме, а личности — самоценные, на что-то влияющие, принимающие решения и совершающие поступки. И этим личностям не надо прикрываться никаким мифическим мы. Да, есть попытки внедрения националистических идей под видом патриотизма, используя общее эмоционально-нестабильное состояние травмированных войной людей. Но сегодня не об этом. Об этом в другой раз.

Сегодня о том, что каждый раз, разговаривая с кем-то из России, неизбежно натыкаешься или на величие или на какое-то мифическое мы.

Солдаты на войне тащат по домам чьи-то ношенные женские трусы, окровавленные сережки, детские игрушки и AirPods — без элементарной брезгливости. Некоторые люди охотно пишут о том, что это не русские люди, а какой-то бурятский плебс из глубинки. Не буду уподобляться этим расистским повествованиям, тем более, что ничтожность интеллигенции выходит не так уж далеко ушла от этих одичалых в Великой России солдат.

Зачем им всем это величие, эта причастность к чему-то огромному, непостижимому? Не для компенсации ли собственной, индивидуальной ничтожности? Кто-то сережки ворует, кто-то печётся об имидже нас — просто культурный уровень у всех разный. Но суть этого явления одна. И даже тут неизбежно срабатывает эффект противоречия: величие рождается из суммы частных ничтожеств, и совершенно никого это не удивляет. Отрицательное величие.

Хотя, чему же удивляться? Вначале был отрицательный рост экономики, потом отрицательное всплытие флагмана. И апофигей — и никак иначе — это отрицательное величие.

Кому и зачем надо прятаться за это мы, великий русский народ, великую русскую культуру и русский мир наконец? А где же личность, отдельный человек?

Что переживать за отношение к русскому балету в мире? Сходи да посмотри, если так любишь. Что переживать за судьбу русской литературы — достань с полки книжку да прочти. Что переживать за то, что кто-то теперь будет ненавидеть русских — пойди в лагерь к украинцам да покажи, что есть хотя бы один порядочный и нормальный русский человек. Без демагогии. Без надрыва. Без истерик и заламывания рук. Но это надо сделать. А говорить — проще.

Хотя кому я все это пишу? Те, кто это прочитает, и так все это уже давно делают и ничего такого не думают. А те, кто продолжает лить слезы по утраченному величию, меня читать не будут. Они заняты. Они пишут пафосные речи в Фейсбуке и разят глаголом всех врагов.

Кстати о глаголах. Ещё вот модно обижаться на пожелания смерти русне. Многие украинцы говорят сейчас о том, что они переживают страшный опыт, о котором даже не предполагали. Психика защищается и выдает всепоглощающее чувство ненависти, ко всем без разбору. Люди думающие не могут отменить это чувство, но могут рефлексировать — и понимать, и осознавать, и ужасаться собственной способности так чувствовать. Но это реакция организма, это пройдет. И каждый, кто переживает сейчас это страшное разрушительное чувство, знает внутри себя, что оно не относится ко всем. И даже язык, который не обманешь, безошибочно выбирает из всех вариантов русня, не намекая, а совершенно четко показывая, что имеются в виду не все поголовно русские, а те из них, кто сейчас делает всякую хуйню. Потому именно русня, а не что-то другое.

Странно одно, почему кто-то, кто никакой хуйни не делает, а даже и наоборот, читая «смерть русне», думает, что это — про него? Может быть, язык честнее, чем некоторые из нас сами к себе? Может быть это хлесткое словечко русня что-то такое задевает в душе? У русни ведь не может быть никакого человеческого достоинства. Это даже и не люди толком, а какие-то говорящие неразумные животные, выходит.

Чем животные отличаются от человека? У них есть все функции, связанные с жизнедеятельностью, но нет сознания. Животное не осознает себя, не отделяет себя от других и не имеет способности к рефлексии, то есть не может получить и осознать личный опыт. Поэтому даже те формы животных, которые очень похожи на человеческие сообщества, действуют инстинктивно. Они не знают, зачем они это делают. Они даже не знают, что они вообще что-то делают. Они в принципе не знают. Они просто продолжают некую биологическую программу только потому, что прежние особи с такой программой случайно выжили в эволюционной цепочке.

Мы и величие — это биологическая программа случайно выживших. Станет ли она русской культурой — культурой отрицательного роста, отрицательного всплытия и отрицательного величия — в руках тех, кто всё-таки способен к осознанию и не желает лишать себя человеческого достоинства ради невнятных завиральных идей.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Долгосрочное планирование в хаосе

Мне всегда было сложно поверить в то, что долгосрочное планирование возможно. Хорошо помню взаимное непонимание с моими немецкоязычными друзьями. Они недоумевают, как можно не рассчитывать на пенсионные сбережения, недвижимость и наследства. А я не понимаю, как на это все можно всерьез рассчитывать. Просто у нас разный жизненный опыт.

Хорошо помню, как на философских семинарах мы обсуждали, что жизнь человечества никогда ещё не была такой безопасной и комфортной, как в последние 50-70 лет, и поэтому впервые за историю человечества, когда средняя продолжительность жизни существенно превышает 30 лет, успешной стратегией стало долгосрочное планирование — отпусков, семьи, покупки недвижимости, карьеры и в конце концов пенсии.

Из-за войны в Украине в этом году ежегодный отчёт IPCC не добрался до заголовков и прайм-тайма. Хотя никто не отменял глобального потепления и связанных с ним климатических изменений, которые с катастрофической скоростью надвигаются на нас независимо от того, верим мы в них или нет, мы оказались в ситуации, когда очень сложно планировать временной горизонт 2030-го или тем более 2050-го года. Когда у нас в новостях каждый день спекуляции на тему ядерных ударов, немного несерьёзно слушать канцлера, который говорит о переоснащении немецкого бундесвера к 2025 году. Хочется спросить, как в старом анекдоте из 90-х, где 2025-й год и где мы?

С другой стороны, нельзя поддаваться этим упадническим настроениям, опускать руки и предаваться унынию, потому что мы все умрём. Конечно, умрём — однажды все живое умирает. Вопрос в том — когда это произойдет и стоит ли приближать эту дату намеренно.

В чем рукотворное приближение даты апокалипсиса? В этом вопросе мнения разделились. В зависимости от того, какую группу вы представляете — климат-активистов, пацифистов, рашистов, ковид-диссидентов или кого-то ещё — у вас будет свой ответ на этот вопрос.

То ли надо ничего не делать, то ли делать многое и быстро. То ли надо прекратить войну, то ли надо вжарить как следует. То ли надо переходить на новые энергии, то ли надо пользоваться проверенными старыми добрыми методами и не портить экономику. То ли экономика портится от стагнации, то ли процветает в стабильности. То ли надо стремиться к идеалам гуманизма и либерализма, то ли надо перестроить миропорядок по новой мерке. То ли надо развивать науку и технический прогресс, то ли наука все врет и раньше было лучше. То ли надо сложить оружие и спасти людей, то ли надо Украине дать как можно больше оружия для спасения людей. То ли все врут и никому вообще верить нельзя, то ли некоторые врут особенно хитро и изощрённее других — вот им и надо верить. То ли дождик, то ли снег, то ли будет, то ли нет.

И вот в этом обычном жизненном хаосе, осознание которого обострилось для многих вначале с приходом пандемии, а потом с приходом войны, нам приходится жить и как-то устраивать свою маленькую жизнь — а больше все равно ничего другого нет. Кто-то сетует о потере контроля, а кто-то давно догадывался, что никакого контроля нет и быть не может.

Люди пытаются ухватиться хоть за что-то и пытаются контролировать то, что контролировать невозможно, упуская из виду то, что контролировать необходимо.

Люди боятся хаоса и стремятся его упорядочить. Это называется «наладить жизнь» и звучит очень трезво и возросло.

Я всегда представляла себе порядок чем-то вроде созвездий на небе . В небе мы видим множество мерцающих точек. Если вы разбираетесь немного в созвездиях, то вы знаете, что ни одно из них даже приблизительно не похоже на тот объект, именем которого оно названо. Это просто условное умозрительное соединение определенных точек в небе и всеобщая договоренность. На небе ничего не изменилось и не изменится от наших умозрений, но задирая голову к огромному небу, видеть созвездия более успокоительно для психики, чем скопление бесчисленных, безымянных, беспорядочно расставленных мерцающих точек. Мы смотрим вверх, узнаем созвездия и получаем успокоительное ощущение того, что мы навели порядок в хаосе и контролируем ситуацию.

Как жить в хаосе? Как можно в нем долгосрочно планировать? И можно ли вообще или «рассмеши бога» и бравируй своим остроумием?

Да обычно жить, как и жили до этого. Делай, что должен, и будь, что будет — а других правил в хаос не завезли.

Знать бы ещё, что — должен?

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный