Блог

Казнить нельзя помиловать

Любите ли вы политкорректность так, как люблю ее я? Шутка, конечно. Политкорректность — надоевшая, наболевшая, набившая оскомину, необходимая — не может быть предметом любви или нелюбви. Потому что это позиция и одно из выражений свободы. Но как любая экспрессия, политкорректность может выходить за рамки привычного, комфортного и вообще — добра и зла. Экспрессия может быть любой. И само по себе выражение своего отношения к чему-либо не является предметом морали. Мораль зашита обычно в подкладке — почему возмущение? Почему одобрение? Почему равнодушие?

Политкорректность — это про то, как изменение социальной нормы во взглядах на те или иные вещи отражается в языке. Ещё вчера н-слово было во всех детских книжках и в названиях шоколадок, а сегодня его в рот даже нельзя взять. Ни в каком контексте и ни с какой целью. И в принципе можно себе представить контекст, где это слово употребить нужно — научный, например, — но лучше этого не делать, потому что задолбаешься потом объяснять. А слушать все равно никто не станет, потому что все лучше тебя знают, что ты думаешь и, главное, — почему.

Ну вот, искоренили из употребления н-слово, цыгане пока искоренены не во всех языках (по-русски пока встречается в официальных названиях различных организаций, ассоциаций итд). И сложно поспорить. Язык действительно отражает (но не создаёт, нет, ребята, не создаёт) реальность. Зачем нам реальность, в которой есть расизм и дискриминация? Совершенно ни к чему, абсолютно согласна.

Темой употребления немецкого слова Jude (прототипа русского и польского слова жид) и заменой его на, возможно, более нейтральное и не отягощенное тысячелетиями антисемитизма Hebräer (немецкий аналог русского еврея) желающих почему-то нет. Тут расизм не такой явный. Или, может быть, даже желательный? Ну это я уж очень круто взяла — все ведь не расисты, но …

Зато не угодило слово curry — в смысле приправы карри. Тут мне сложно было понять суть и по поверхностному рассмотрению аргументация показалась бредом. Но поверхностное рассмотрение — это не повод для выводов, вначале надо разобраться, а потом уже что-нибудь утверждать.

Я не успела разобраться с карри, потому что увидела в сегодняшней газете, что теперь из употребления надо изгнать пиццу Гавайи (а заодно с ней сэндвич и шницель Гавайи). Если кто не знает, Гавайи — это название для гарнира пиццы, означенного сэндвича или же шницеля, в котором содержится ананас. Лепи себе на курицу или ветчину ананас сверху — и вот тебе Гавайи, экзотика в смысле.

Что не так с пиццей Гавайи? Не в смысле с рецептом — тут мне понятно, что эта комбинация может быть только оскорблением для любой пиццы -, а в смысле, почему Гавайи — расизм? И кто вообще все это придумывает?

В газетах пишут, что фуд-блогеры требуют переименовать пиццу Гавайи в пиццу Ананас из-за аллюзий на колониальное прошлое. Это какие фуд-блогеры? Это которые в Инстаграме фотографируют еду что ли? Это они про колониальное прошлое, вот эти, которые в ресторан ходят, чтобы сфотографировать тарелку и показать мильонам фолловеров?

Так, спокойно, надо вначале разобраться. Вот, пишут, группа активистов из Цюриха Linke PoC/Migrantifa покопалась в истории Гавайев и накопала, что при открытии Гавайев никакие ананасы там вовсе не росли. А уже потом, много позже, когда США аннектировали Гавайи (от чего?), они, то есть не соединённые штаты в полном составе, а граждане этих самых штатов завезли ананасы на остров и заставили индогенное население впахивать на плантациях, в полном соответствии с моралью, обычаями и бизнес-стратегиями того времени.

Так, понятно. А при чем тут пицца? А пицца тут при том, что спустя пару веков некий немецкий теле-повар в 50-х годах 20-го века решил разнообразить немецкую кухню ананасом и назвал это безобразие, то есть пиццу — Гавайи. В смысле, экзотичненько так, с выдумкой, а то все шницели да клопсы какие-то. На самом деле это не единственная версия происхождения пиццы Гавайи. Повар ее придумал точно, но может быть и не немецкий, а канадский, греческого происхождения, и, может быть, не в 50-х, а в 1962 году — не все же одним немцам пакости выдумывать. В данном случае, сути дела это не меняет.

Photo by Jeremy Bishop on Pexels.com

Так, тут тоже понятно. А при чем тут рабский труд гавайянцев за пару веков до этого? В прямом смысле ни при чем, но если знать историю завоевания Гавайев (ключевое слово — знать), то можно подумать, что этот самый то ли немецкий, то ли канадский повар нарочно намекнул на это безобразие. И в принципе Linke PoC/Migrantifa не настаивают, что у пиццы Гавайи существует расистский контекст. Даже наоборот, они против аргумента расизма в данном случае. Но просто напоминает же колониальное прошлое? Ну вот.

У меня, как всегда, много вопросов. Во-первых, почему колониальное прошлое надо забыть? Может, наоборот как раз — за одного битого двух небитых дают и всякое такое? Опыт, там, извлечь? Не повторять прошлых ошибок и делать лучше? Но для этого надо помнить. А тут говорят — напоминает, не годится, значит.

Во-вторых, меня очень коробит эта тонкая и мало понятная перестановка всех понятий. Колониализм и эксплуатация рабского труда гавайянцев был? Был. Какой-то повар пиццу обозвал? Обозвал. Чего не хватает? Не хватает связи между этими двумя событиями. О чем думал этот самый повар, будь он неладен, когда выдумывал свой новый рецепт? Теперь уж не узнаем.

О чем думает человек, когда видит пиццу Гавайи? Какой ассоциативный ряд возникает у него в голове? Ананас-Гавайи-колонизация-рабский труд-ананас? Или, может быть, ананас-тепло-экзотические страны-океаны-острова-Гавайи-цветы-южные ночи-музыка-секс (чем черт не шутит?)-ананас? Кто это решает, какие ассоциации должны возникать в голове при виде ананасов? Возможно ли теперь, после всего, что нам известно, совсем убрать ассоциативную связь Гавайи-рабский труд-ананасы? И можно ли теперь есть ананасы хоть в каком-нибудь виде, зная об их криминальном прошлом?

Я-то сочетание ананас+ветчина+сыр все равно не люблю и не стану есть, хоть как назови. Я вообще не по ананасам. А теперь и подавно расхотелось.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Фальшивая респектабельность

В Германии предвыборная гонка — политики стараются, кто во что горазд. И хотя СМИ уже окрестили нынешнюю предвыборную гонку «грязной как в Америке», ничего на самом деле примечательного или интересного не происходит. Какие-то детсадовские обвинения, высосанные из пальца. И такие же вялые ответы на эти обвинения. Складывается ощущение, что участникам самим скучно.

И даже когда одиозный бывший директор спецслужб, изгнанный с должности за приверженность к радикальным правым взглядам, а ныне баллотирующийся в депутаты федерального парламента от Тюрингии, нападает открыто на журналистов, никто даже не пытается вяло отбрехиваться. Можно было бы ожидать, что журналисты все дружно и каждый по отдельности оскорбятся, окрысятся и порвут как Тузик тряпку, если не за абстрактные демократические ценности, то хотя бы за задетую профессиональную честь. Но нет, тишина и спокойствие в нашем королевстве.

Photo by Dziana Hasanbekava on Pexels.com

На самом деле Германия никогда не отличалась на моей памяти ни дерзостью суждений, ни смелостью высказываний — ни в прессе, ни в жизни. Благополучие вызывает прилизанную лень. Не надо резких слов, не надо резких суждений — компромисс наше все! Бесспорно, компромисс очень важный инструмент коммуникации в нормальных условиях. Но всегда ли и во всем возможен компромисс?

Мне сложно сказать, что из этого первично, а что является следствием — общественная норма поведения или стилистика в СМИ. Очевидно, что эти вещи взаимосвязаны. И речь не о хамстве и грубости, конечно. Речь о смелости называть вещи своими именами и не прятаться за кастрированные респектабельные ничего не сообщающие формулировки.

Это явление касается не только политики. Я наблюдаю в немецком обществе тенденцию к фальшивой респектабельности. Неважно, что ты думаешь и делаешь на самом деле — делать можно, говорить нельзя.

Все думают то, что они думают. И в соответствующих кругах открыто говорят об этом. Но в обществе все точно знают правила игры и дают правильные ответы на вопросы. Поведение это воспитывается в школе — к примеру, на вопрос учителя, рады ли дети окончанию Homeschooling и началу нормальных занятий в школе, все отвечают учителю «да», и одновременно пишут в чате «конечно, нет». Не потому что опасаются каких-то негативных последствий правдивого ответа. А потому что уже успели усвоить — учителю не нужен правильный ответ, учителю нужен ответ, который он ожидает. Что это — толерантность, мудрость, зрелость или просто фальш и лицемерие?

Люди привыкают не только давать «правильные» ответы и совершать «правильные» поступки. Они теряют навык задавать себе вопрос — что я делаю? Зачем я это делаю? Чего я на самом деле хочу? Потому что ответ должен быть не правильным, а тот, которого ожидает учитель. А кто в данном случае учитель? Какой ожидается ответ?

Photo by Victoria Borodinova on Pexels.com

Старый идеал об удавшейся жизни с деревом, сыном и домом трансформировался незначительно. Фальшивая респектабельность заставляет выполнять внешние атрибуты, не вникая в детали. Купить любой ценой дом, вынося за скобки ежедневное отбывание наказания на постылой работе, проблемы со здоровьем, выгорание, депрессии. Родить троих детей, вынося за скобки психическое насилие, эмоциональную холодность и физическое отсутствие родителей в жизни своих детей. Создать традиционную семью, вынося за скобки тот факт, что каждый день в такой стране как Германия минимум одна женщина погибает от домашнего насилия.

Молчать, быть толерантными, не говорить резких фраз — а правда никогда не бывает мягкой, причесанной, удобной. Потому что никому не нужен правильный ответ. Потому что правильный ответ маргинален. Потому что правильный ответ люди разучились знать. Да и кому нужна твоя правда?

Люди хотят простой, нормальной, спокойной и благополучной жизни. Без потрясений, катаклизмов и трагедий. Потрясения, катаклизмы и трагедии, хоть и редко, но все равно происходят однажды в любой человеческой жизни. И тогда человек в полной мере ощущает одиночество за стеной молчания окружающих. Но до тех пор, пока этого не произошло — фальшивая респектабельность даёт ощущение нормальности, причастности и морального превосходства.

И всё-таки, что предпочтительнее — не всегда удобная, но жизнь, или респектабельный снаружи, но летаргический сон?

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Насильно мил не будешь

Новость эта, откровенно говоря, второй свежести, но так как она меня не отпускает и заставляет постоянно мысленно возвращаться к теме, стоит всё-таки облечь мысли в текст.

Начну я в этот раз с дисклеймера. Вот прямо трyшу и спать не могу — переживаю, что обо мне подумают незнакомые мне люди. Поэтому, прежде чем начать рассуждать, пишу дисклеймер. Мне никакого дела нет до сексуальной ориентации человека и его пола, пока он не начинает доставать меня своими сексуальными подробностями. Но так как современное общество требует от меня исполнения неких ритуалов в целях щадящего отношения к чувствам верующих, я отказываюсь тупо исполнять какие-либо ритуалы в угоду кому бы то ни было и хочу для начала разобраться и понять, в чем суть, о чем меня просят и должна ли я эти просьбы исполнять. Все кто думают иначе, продолжайте думать как вам угодно на здоровье — вы мне не указ. Прочитали? Вот и не приставайте ко мне больше со своими глупостями. А кто и не собирался ко мне приставать и, напротив, находит мои размышления занимательными, дисклеймер закончился, дальше пойдет опять интересное.

О чем кино? То есть не кино, конечно, а что занимает мои мысли в этот раз? Некий тиктокер выложил однажды видео, в котором он объявляет о своей новой сексуальной ориентации — он предпочитает исключительно цисгендерных людей противоположного пола. Как нынче водится, поднимается хайп со всех сторон. Одни возмущаются вопиющим несоблюдением прав и дискриминацией транссексуалов. Другие радостно подхватывают «новую сексуальную ориентацию» — Super Straight. Что это за абракадабра? И как к этому надо вообще относиться? Это обилие информации плохо укладывается в голове. И не хочется никого намеренно обижать. Но не всегда просто разобраться.

Даже не знаю, с чего тут начинать. Пол, сексуальная ориентация, гендер — все сброшено в какую-то неопрятную кучу. Философы не любят мусорные кучи, они любят, чтобы все было по полочкам.

Пол — понятие биологическое, обусловленное внешними половыми органами, хромосомами и гормональными отличиями. Эти вещи выдаются при рождении, хотя и не всем впоследствии подходят. В современном мире есть возможность сменить свой биологический пол в соответствии со своей личной идентификацией. Пол не имеет отношения к сексуальности, поэтому транссексуалы или люди, сменившие биологический пол, это не одно и то же, что гомосексуалы, то есть люди другой сексуальной ориентации (другой — чем большинство).

Photo by Anna Tarazevich on Pexels.com

Теперь сексуальная ориентация. Бывает традиционная, она же гетеро. В дикой природе около 4% популяции бывает гомосексуальной. Из этого можно сделать спекулятивный, малонаучный вывод о том, что гетеросексуальность присуща большинству, что само по себе ещё ничего не говорит о понятии нормы. Рыжесть волос, зеленоглазость и леворукость тоже параметры, встречающиеся у малого процента людей, что, однако, ещё не делает всех рыжих, зеленоглазых и леворуких людей ненормальными. Сексуальная ориентация, как и пол, даётся от рождения но в отличие от пола смене не подлежит. То есть можно всегда покрасить волосы в любой оттенок, но от этой манипуляции ещё никто не стал блондинкой или брюнетом. Так же и с сексуальностью — можно сколько угодно по разным причинам прикидываться гетеросексуалом, сексуальные предпочтения от этого никак не изменятся.

Сложнее с гендером. Гендер — это тоже пол, но не биологический, а социальный. То есть все предрассудки о том, что мальчики не носят платья, а девочки плохо ездят за рулем — это про гендер. Когда речь идёт о предрассудках, мне все понятно. Хуже становится, если я предрассудков не признаю. Если женщина — это не только менструирующий человек, который носит платье, туфли на каблуках, красит различные части тела в яркие цвета и боится математических формул и вычислений, то что означает — быть женщиной? Что обозначает — чувствовать себя женщиной? Я не знаю. Я до сих пор не могу ответить на этот вопрос. То есть как менструирующий рожавший человек я могла бы в принципе предположить, но эти предположения считаются сейчас нетолерантными и дискриминирующими. Даже материнское молоко в некоторых больницах Великобритании теперь не принято называть «материнским», чтобы не оскорбить … если честно, я не поняла кого именно.

Photo by Matteus Bernardes on Pexels.com

Но вернёмся к шаткой теме гендерного (не-)равенства. Я понимаю, о чём идёт речь, когда мужчины и женщины должны получать одинаковую зарплату за одинаковую работу. И я сейчас не называю все остальные виды полов не для того, чтобы их дискриминировать, а потому что нет такой практики — платить меньше транс-женщинам. Когда речь идёт об оплате труда, никого не интересует, какая ты женщина — цис или транс. Также понятно, когда речь идёт о распределении домашних обязанностей или о насилии в отношении женщин. И также в этих случаях нет никакого разделения на цис и транс. Интересно, нужно ли тут сейчас специально написать, что платить меньше за одинаковую работу и проявлять насилие к определенным группам лиц, выбранных по каким-то случайным внешним признакам, является бредовой идеей или это и так всем понятно, очевидно, тривиально и etc.pp.?

И вот мы добрались до самого интересного — зачем вообще нужно это разделение? Приставка цис обозначает, что женщина с рождения совпадает со своим биологическим полом. Приставка транс обозначает, что женщина, прежде чем стать женщиной, совершила транс-сексуальный переход. Если я отказываюсь называть себя цис-женщиной, я дискриминирую … кого? И почему? Если человек считает себя женщиной, кому нужны сугубо личные подробности его жизни о цис или транс? Совершил человек переход или нет, как это влияет на его личностные, профессиональные и просто человеческие качества?

Если я отказываюсь называть себя цис-женщиной, потому что просто женщины, без разделения на цис и транс, мне вполне достаточно — я не толерантна. Если некий тиктокер настолько всерьез принимает различия между цис и транс, что отказывается от сексуальных отношений со вторыми в пользу первых и на этом основании изобретает новую сексуальную ориентацию, он не толерантен. И мы с ним одинаково не толератны в глазах общества. Я — потому что мне все равно, а он — потому что ему не все равно.

Photo by Yury Kim on Pexels.com

Если я отказываюсь считать полом право на ношение юбок и платьев, я капризничаю. Если человек утверждает, что он не хочет быть мальчиком или девочкой, он реализует свое право на самоопределение. Способ одежды можно выбирать, биологический набор признаков, данных от рождения, выбрать нельзя, но можно изменить по надобности.

Когда я слышу о том, что наш мир не бинарный и в нем есть более, чем два пола, я всегда задаю вопрос, что имеется в виду? Хит-парад ответов, данных мне когда-либо на этот вопрос:

  1. Прекрати спрашивать такие вещи, как можно быть философом и такой нетолерантной?!?!?!
  2. Я не хочу быть мальчиком, потому что я не люблю футбол, не интересуюсь техникой и не умею ничего починять. Я чувствую себя неполноценным среди других мужчин, поэтому я лучше буду кем-то другим.
  3. Я не хочу быть девочкой, потому что я не хочу определять свои сексуальные предпочтения одним конкретным полом или противоположным полом.

В моем представлении эти и подобные им ответы — не более, чем популяризация существующих предрассудков: не задавай вопросов, подчиняйся молча, пол отличается сексуальными предпочтениями, личными умениями и занятиями. Меня пытаются убедить, что это не предрассудки, а толерантность.

Может быть, к черту такую толерантность? По-моему, что-то всё-таки пошло не так.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный