Блог

Демократический дискомфорт

Друг мне тут на днях подкинул ссылку на интервью Роберта Сапольски Михаилу Зыгарю. А я уже знала, что Зыгарь сейчас делает интервью с разными громкими именами и почему-то не захотела смотреть. Побоялась, что какая-то попса на громких именах, как это часто бывает. Напрасно опасалась, хорошие интервью. Посмотрела ещё парочку интересных мне людей — а я не падкая на любую фамилию с лейблом Йель или там Оксфорд, перебираю. И вот вчера появилось интервью с Питером Зингером, которое не могло меня не заинтересовать.

Надо сказать, что Зингер — очень скандально известный большой философ нашего времени — для меня нечто вроде персонификации движения феминизма. В том смысле, что общее направление идей я поддерживаю, но реализация и частности для меня слишком радикальны. А, как говорят на моей родине, що занадто — то нездраво.

Поэтому было очень интересно его послушать и понять для себя собственную степень радикализации, основываясь на том, согласна я с ним или всё-таки нет.

Затронуто было много тем и разные мысли бродят теперь в моей голове. Меня стриггерил в очередной раз пассаж об ответственности русских (или россиян) за происходящее в Украине. И тут для меня раздражение начинается с этого ублюдочного подмигивания — русские или россияне? Во всем мире самое позднее после кошмара второй мировой, устроенного немцами при молчаливом согласии всех остальных, всё-таки пришли к общему консенсусу о том, что национальность не может иметь никакие биологические основы, является принадлежностью к государству, а всякие евгеники и иже с ними выбросили на помойку. Заодно чуть было не выплеснули вместе с водой генетику, но вроде одумались. Но нет, в русском языке упорно сохраняется и пестится разделение на этнических — то есть обусловленных биологией — русских и гражданских — обозначенных паспортом — россиян. Зыгарь может сколько угодно обижаться на рашизм, но нечего на зеркало пенять, как сказал один русский классик однажды.

Ну вот — ответственность. В фейсбуках я уже даже и не смотрю на истерические выкрики некоторых активных пользователей о применении уж не знаю чего к русским — расизма, отмены, фашизма? — за требование отвечать за свои поступки. Надоело. Истерика — вообще примета нашего времени. Чем солиднее казался человек, тем противнее он сейчас истерит.

Зыгарь обсуждает с Зингером русских теннисистов, которым запретили участие в Уимблдоне. Они не высказали свою позицию, но их же никто и не спросил. Я не верю ни в какие коллективные ответственности — каждый отвечает за себя. Когда он радуется победам СВОИХ спортсменов на Олимпиаде, гордится Великой РУССКОЙ литературой или балетом или попросту платит налоги российской федерации. Когда он принимает решение, говорить или не говорить о своем отношении к войне в Украине — бояться или не бояться. Свобода всегда ходит об руку с ответственностью, иначе не бывает. Когда спортсмен претендует на участие в международных очень важных соревнованиях и не считает нужным публично заявить о своем отношении к преступлению, совершенному страной, под флагом которой он выступает — это его личный выбор, личная свобода и личная ответственность. Сидеть одной попой на двух ярмарках некоторым людям очень комфортно и даже — в определенных кругах — считается великой мудростью. Не всегда прокатывает.

Печально констатирую, что руzzкая пропаганда работает очень хорошо и даже Зингер повторяет их наративы, делая их салонными. Были ли в опасности люди Донбасса — был ли у Роzzии повод их защищать? И совершенно нормально обсуждать этот вопрос — но почему, собственно? Что это за явление — люди Донбасса?

Во многих странах есть промышленный регион — шахты ли, химическое производство ли, золотые прииски или заводы какого-нибудь General Motors. В этих регионах работа тяжела и много приезжих с надеждами на заработки. Так формируется «народ», населяющий подобные регионы. Если в каждом таком регионе вычленить этническое большинство — если это вообще возможно — или хотя бы просто значительную группу, обладающую сходными этническими признаками, следует ли из этого принадлежность этой группы людей к некому государству? Может ли это государство приходить в этот регион в виде военных подразделений и защищать интересы НЕ своих граждан просто потому, что ему что-то такое показалось? Когда кажется — креститься надо, говорили в моем атеистическом советском детстве.

А что это за «угроза НАТО России»? Нет, ну даже в их собственной парадигме «весь мир против нас» и «НАТО — это западный орган противостояния России лично». Именно — лично. Похоже, Россия имеет не только субъектность, но и личность, она же — матушка. Персонификацией матушки-России является один мужчина невысокого роста. Каким образом сочетается матушка-мужчина с полным неприятием ЛГБТ+ и всего «нетрадиционного», история умалчивает. Или объясняет когнитивный диссонанс, но тут я — пас, я не разбираюсь. Родитель 1 и родитель 2, значит, «только через мой труп», а матушка-мужчина — получается, норм. Транс-матушка Россия, короче. Так вот, этой небинарной личности угрожает НАТО. Что такое НАТО? Это объединение стран, которые соединились, чтобы бояться транс-матушку сообща. Они ее так сильно боятся, потому что мы всем покажем и всяческое гойда!, а также можем повторить, знай наших и что русскому хорошо, то немцу смерть — заметьте, про немцу смерть — это не моя выдумка. Это так испокон веков. Традиция и культура, ёпт. Поэтому все больше стран присоединяется к этому трусливому сообществу НАТО, чтобы бояться транс-матушку совместно.

Только я вижу элементы бреда в подобном изложении действительности или у вас тоже некий то ли дискомфорт, то ли на хи-хи пробило?

А ничего смешного. Следует просто посмотреть очередную нетленку руzzкого медиа-продакшена о вреде и подлости эмиграции в такую нелегкую годину для родины транс-матушки. Если нелегкую, то непременно годину. Чтоб больше на несуществующий украинский было похоже. Короче, не благодарите:

Интересно в этом ролике даже не то, что сыскались неплохие актеры для участия в этом гротескном позоре или, как нынче модно говорить, кринже. Примечательно видение демократических ценностей. И видение это, что особенно и отдельно хочется подчеркнуть, постоянно проскакивает … Нет, не у «простых людей», никогда не бывавших заграницей … Нет, и не у махровых пропагандонов … А знаете у кого? У самых что ни на есть оппозиционных либералов. Вот как только с ними заговоришь про транс-матушку — почему патриотизм и любовь к родине следует отправить в помойку и заменить на осознанность и гражданство. Почему есть русский и нет российского. Почему мера ответственности всегда индивидуальна и никому не отменяется по причине злых ментов, больных дубинок и прочих рациональных доводов. Вот как начнёшь такой разговор, так и вылезет этот прекрасный ролик в более или менее тяжкой форме — а вот у вас там тоже не все так хорошо, зачем нам стремиться к демократии — она не эффективна, особый наш путь и опять транс-матушка, которую надо любить. Надо. Любить. Эффект противоречия в действии.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Эмоциональное выгорание или?

Давно я тут не появлялась — все было недосуг. То работа, то конференции, то всякие бытовые заморочки. Но как-то в последнее время все чаще стал мозолить глаза один феномен, который я не могу объяснить. Попробую просто отрефлексировать здесь. Понятно, что кому-то мои рефлексии будут занозой в мягких местах. Ну уж потерпят как-нибудь.

Идёт чёрт знает какой месяц войны. Все устали. Устали люди в Украине. Устали люди, бежавшие из Украины и расселившиеся по всему миру. Устали помогать люди из принимающих стран. Устали не-помогающие люди из принимающих стран — от бесконечных новостей из Украины, выросших цен, потери чувства стабильности, безопасности и утраченной привычной жизни. Все устали — это все понятно. Но пока не устал один человек, все это будет ещё продолжаться какое-то неопределенное время.

Я на днях тут говорила по телефону со своей близкой подругой. Как и во всем моем окружении, весь ее круг общения вот уже несколько месяцев помогает украинцам — вывозит, принимает у себя, помогает обустроиться, решить бюрократические вопросы … и тихо звереет от поведения своих подопечных. Это не просто усталость. Это не просто выгорание. Это самое настоящее омерзение, которое мешает сочувствовать и помогать. И это массовое явление, это не единичные случаи.

https://www.facebook.com/groups/718925522598800/permalink/874055100419174/

Почему? Потому что множество украинцев повторяют как мантру — в Украине у нас все было хорошо, а здесь все плохо (дальше обычно следует список претензий)… Нам не хватает воздуха, мы хотим домой … У нас все было, нам надоело быть беженцами … Вы нас не понимаете, потому что вы ехали из нищей ненавистной вам страны за лучшей жизнью и были готовы (!) к унижениям, а мы — успешные и богатые — никуда не собирались, почему мы должны все это терпеть?

Все это — это пусть минимальный, но прожиточный минимум. Это не сидение на улице, а бесплатное расселение пусть не в хоромах, но приемлемых условиях. Это все прелести бюрократии в обмен на полное содержание и медицинское обслуживание целых семей с многочисленными детьми, пожилых людей и всех, кто попросил о помощи.

Каково эти стенания и жалобы слушать людям, которые очень активно включились, откликнулись и потратили массу душевных сил и времени на помощь и поддержку?

Про другие страны я ничего сказать не могу, но Германия довольно регулярно переживает волны беженцев — людей, бегущих от войны, насилия, смерти и горя. Впервые в истории эту волну беженцев встречает не только коренное население, а их бывшие соотечественники — люди, прошедшие все тяготы иммиграции и желающие использовать свой печальный опыт на благо вновь прибывших — подсказать, подстелить соломки, уберечь, предотвратить. Ни одна волна беженцев в Германии ещё не попадала в такие комфортные условия. Как должны себя чувствовать эти люди, слышащие в ответ гадости о своей стране, недовольство, ропот и обесценивание собственных жизней и судеб?

И если бы это были единичные случаи, но это массовое явление.

Но почему-то считается в порядке вещей, нормализовать хамское, паразитарное отношение, оправдывая его тяготами войны. Сколько вновь прибывших в реальности их ощутили? Дело не в этом.

Вот женщина с раздражением пишет о том, что ей пришлось повторно ехать и сдавать отпечатки пальцев, так как в первый раз по причине технической неполадки что-то не сработало. Женщина не хотела ехать, но немка, у которой она живёт, убедила, что поехать всё-таки нужно. Женщина возмущена, почему она должна выложить 40€ за билет для этой поездки (цену билета не комментирую) из-за тупости немецкой бюрократии. Мне хотелось бы спросить эту женщину, а почему та самая сердобольная немка должна давать ей кров и вразумлять уже, по всей видимости, несколько месяцев? А почему тупая немецкая бюрократия должна платить ей деньги и обеспечивать приемлемым жильем, медициной хорошего уровня и прочими плюшками? Нет ответа. Есть люди, которым все должны.

Я отлично помню, как всю весну волонтёрские чаты и группы пестрели вопросами «… хотим выехать заграницу. В какую страну лучше ехать, где лучше условия, где больше пособия?». Почему-то теперь, видимо, те же самые люди пишут о том, что у них не было времени для осознанного принятия решения и они бежали в панике и от нужды. Какая нужда была ехать именно в Германию, когда можно было выбрать любую страну мира — от западных областей Украины до Канады? Не понятно. Или понятно, но слишком гнусно, чтобы об этом писать.

Я отлично помню, как в начале лета часть вновь прибывших активно включилась в соревнование «урви кусок побольше» — будь то воровство продуктов в лагерях или гостиницах, «игры в саранчу» в пунктах раздачи гуманитарной помощи и прочие практики «обустройства в новой стране». Видимо, это те самые успешные, зажиточные и гордые украинцы применяли понятные им навыки ведения бизнесов в новой стране.

Прекрасно помню рассуждения о «неухоженности» немецких женщин, критику немецкой бюрократии, осуждение немецкого образа жизни.

Хочется спросить — какого черта? Люди, в панике и безнадёге бежавшие к черту на рога так себя ведут что ли?

Германия, как и множество других стран, среагировала на гуманитарную катастрофу в Украине и не только предложила, но и дала помощь — на уровне государства и на уровне обычных людей. С самого начала было ясно, что часть людей уедет обратно, как только это станет возможным. И тем не менее, помощь была оказана.

Всем тем, кому невыносима жизнь в статусе беженца, хочется сказать: вернуться на любимую родину — не подвиг. Хотите вернуться, невыносимо вам жить в чужом доме? Едьте в свой и восстанавливайте его. Но прекратите поливать помоями людей, которые вам помогли. Прекратите роптать, осуждать и выискивать недостатки в чужом, принявших вас в тяжкую минуту, доме. Не нужно рассыпаться в благодарностях, но хотя бы прекратите обсирать поливать грязью людей и страну, которые вам помогли и продолжают помогать бесчисленному количеству ваших соотечественников. Война не спишет все, и травмы не оправдывают любые девиации поведения.

А пока наблюдаю с изумлением феномен — феномен массового омерзения. Омерзения от людей, ставших мерзкими. Омерзения людей, как реакции на мерзость.

Не знаю, есть ли у этого массового явления научные объяснения, но сталкиваться с ним в полевых условиях невыносимо.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный
Блог

Испанский стыд

Долго я собиралась с духом, чтобы посмотреть эпохальный выпуск политического ток-шоу Анне Вилл от 8-го мая. В этом выпуске очень символично в годовщину окончания второй мировой войны в вечернем эфире схлестнулись скандалист и по совместительству посол Украины в Германии Андрий Мельник и профессор социологии, исследователь феномена насилия и подписант открытого письма интеллектуалов к федеральному канцлеру против поставок оружия Германией в Украину Гаральд Вельцер.

Этот выпуск войдёт в историю про многим причинам, и содержание этого выпуска будет не последней из этих причин.

Сразу оговорюсь, что я не питаю особых симпатий к Мельнику, даже учитывая его сложную миссию во время войны. Дело не в том, что он ведёт себя экстравагантно и позволяет себе резкие высказывания — как раз это очень полезное «сотрясение мозга» для немецкой политики, деградировавшей от полного восхищения собой. За 12 лет службы в Германии Мельник каким-то образом умудрился настолько плохо изучить менталитет и культурные особенности страны, в которой жил и работал, что все его выступления направлены скорее на украинскую публику. Украинской публике его высказывания близки и понятны, но адресованы они немцам, а не украинцам. А у немцев подобные высказывания могут вызывать только обратный эффект. Одно историческое чувство вины чего стоит. Ну да ладно, я не дипломат, поумней меня найдутся.

Мельник неглупый человек и вполне обучаем, он уже сменил тактику поведения в положительную сторону. Но, к сожалению, он себя уже успел зарекомендовать в качестве невоспитанного скандалиста и что бы он теперь не говорил, воспринимается исключительно так.

Самую большую пользу он принес, как ни странно, не украинцам, а немцам, которые отвозмущавшись и придя снова в душевное равновесие начнут задумываться, а так ли эффективна их привычная дипломатия, неумением в которую они попрекают сейчас Мельника, и не стоит ли им пересмотреть некоторые вещи. Немцы всегда задумываются и умеют делать выводы, в этом секрет их успеха, а не в послушании и дисциплинированности, как любят болтать злые языки.

Но дифирамбы немцам петь сегодня не будем, это мы отложим на другой раз. Сегодня немцы попадают под раздачу.

Вернёмся к шоу Анне Вилл и его участникам. Доминирующая эмоция при просмотре этого шоу — это испанский стыд в квадрате. За немцев и за людей науки. Так стыдно мне уже не было давно. И хорошо, что хоть остальные три участника — политики от разных партий — скрасили это отвратительное впечатление. Но сам факт: профессор, социолог, учёный оказался циничнее и лицемернее нескольких политиков, вместе взятых, хотя в задачи политиков не входит представлять собой моральный ориентир.

Циничная позиция — мы будем помогать, но не требуйте от нас помогать себе во вред. Разве кто-то требует? Разве это надо особенно выделять? Понятно, что если помогать во вред себе, то от помогающего ничего не останется и помогать скоро будет некому. Пословица сам погибай, а товарища выручай на коллективном Западе никому не известна, а была бы известна, никто бы не понял и не оценил этого призыва к девиантному инфантильному поведению. Но видимо, по мнению Вельцера до этого додуматься может только профессор социологии.

Я понимаю теперь, почему у людей такое недоверие к науке вообще и в частности к так называемым гуманитарным наукам. Когда профессор начинает свой спич с того, что неправильно употребляет слово «индифферентный» — а профессор не может случайно перепутать — и продолжает его бессмысленными высказываниями на протяжении всей передачи, какое уж тут уважение может быть к науке и людям, ее представляющим? Какое вульгарное пустословие! «Мы не хотим капитуляции Украины, пусть она просто перестанет воевать», «если у вас не получилось достичь компромисса, это не значит, что он невозможен», «мы не предлагаем идти на компромисс, а мы предлагаем искать пути для его достижения» — что, черт возьми, это все должно значить? Хоть одно слово обременено хоть каким-нибудь смыслом кроме желания самоутвердиться за счёт дерзкого украинца?

Вот Вельцер грозит Мельнику пальцем и отчитывает его как мальчишку за то, что он что-то там «всегда» и «никогда». «Не будьте таким узколобым», «учите матчасть и почитайте мою работу о…». Уровень профессора, ничего не скажешь. Стыд. Какой степенью высокомерия должен обладать человек, чтобы дать себе право сказать кому-то «не будь таким-то»? Это кто же распорядился, каким кому быть? Не меньше как сам Господь бог?

И апофигей — Вельцер урезонивает Мельника тем, что видите ли 45% немцев имеют право бояться ядерной войны, потому что у них есть исторический опыт войны и научные знания об этом. Мельник отвечает — да, конечно, я помню, что ваши предки убили 10 миллионов моих. Вельцер не удостаивает его ответом, он смотрит высокомерно «мальчик, о чем ты, что ты в этом понимаешь?» Действительно, ничего.

Страх плохой советчик, он отключает мозги. Страх перед третьей мировой понятен — хотя как по мне, она уже началась, самое позднее 24-го февраля, а вообще-то в 2014-м году, просто большинство предпочитает этого не замечать.

Социологи, как никто, работают с огромными массивами данных. Анализ данных — их специальность. Мы видим, что после Грузии, после аннексии Крыма и развязывания войны в Донбассе, когда никто не поставлял никаких оружий и все делали вид, что ничего не произошло, усыпить бдительность людоеда тактикой замирания не удалось. Вначале упал Боинг, потом прошла череда заказных убийств в европейских странах и в итоге в Украине развязалась полномасштабная война.

Проанализировав эти данные, специалист по динамике поведения, феномену насилия и причинах его эскалации Вельцер пришел к выводу, что Германии ни в коем случае нельзя становиться участником войны, которую Россия ведёт на территории Украины против НАТО. Вельцер уверен, что с человеком, который не выполнил за всю историю своего правления ни одной договоренности, можно найти «путь, ведущий к компромиссу» и предотвратить тем самым ядерный удар. Мне не хочется проверять, на каких эмпирических данных профессор Вельцер обосновал этот свой вывод, но у меня нет выбора. Я не профессор, не социолог и не специалист по феномену насилия. Поэтому мне очень дико наблюдать, как вначале немецкий адмирал, а теперь немецкий профессор делает Германию полноценным участником этой войны, становясь одним из орудий почему-то на вражеской стороне.

Это был исторически примечательный выпуск. Даже ведущая Анне Вилл разморозилась и проявила не свойственный немцам темперамент — уж очень было горячо. Политики, вот те самые, которые занимаются грязным делом и всегда себе на уме, проявили больше достоинства, порядочности и компетентности, чем профессор университета, публицист и большой специалист по разным вопросам.

И эта передача поставила диагноз. Тот самый Wohlstandsverwahrlosung — развращение достатком -, который не только про то, что своя рубашка ближе к телу и что дружба дружбой, а табачок врозь. Слишком отчётливо и очень больно, наявно, невыносимо ясно нам показали в прайм-тайм, как достаток не только расхолаживает, делает бесчувственным и равнодушным, но и заставляет утратить способность различать моральные ориентиры. Никаких смыслов больше нет, их заменила номинальная вежливость. Номинальная, потому что выражается не в уважении к собеседнику, а формальному использованию «спасибо» и «пожалуйста». Человек говорит спокойным тоном и употребляет какие-то умные, но никому не известные слова, не показывает эмоций и не даёт формального повода обвинить себя в некорректном поведении? Он прав. Человек реагирует эмоционально, сбивчиво говорит, ломает пальцы, сдерживается из последних сил, не может подобрать слов на иностранном языке и в результате говорит совсем не гладко и вовсе не уверенно? Этого достаточно, чтобы он был не прав. Содержание сказанного никакого значения больше не имеет.

Вельцер продемонстрировал все стереотипы о профессорах гуманитарных наук — странный стиль одежды, непомерный апломб и высокомерие, полная оторванность от реальной жизни и эмпирических данных, компенсируемая желанием — нет, не делиться своими знаниями и экспертизой, а поучать неисправимых тупиц, осознавая героическое бремя тщеты своих непомерных усилий, бисер перед свиньями и вот это все. Но разве где-то разразился скандал? Разве общественный дискурс содрогнулся? Ничего подобного. Скандалист Мельник получил наконец по заслугам и тронутые сограждане, ещё вчера насмехавшиеся над придурочными профессорами, благодарят смелого профессора за раздачу. Так его, выскочку этого!

У немцев есть множество прекрасных качеств и черт национального характера. Они умеют и тонко чувствовать, и глубоко мыслить. Но когда эти чудесные качества деградируют в самодовольство, моральное превосходство и желание всех поучать, выдержать это крайне сложно. Остаётся только испанский стыд и надежда, что интеллектуал Вельцер обладает каким-то альтернативным видом интеллекта и не представляет собой большинство ни немцев, ни интеллектуалов.

Не хочешь пропустить интересное? Подпишись!

Стандартный